На эту книжку меня навела встреченная в интернете рецензия. Книжку я прочитала, книжка мне понравилась, так что подтверждаю - прочитать стоит. А поскольку у меня вряд ли получится написать лучше, чем то, что я прочитала, то вешаю сюда цельнотянутую рецензию =)
О книгеАннотация: В тихий городок Хвойная Бухта прибывает странная парочка. Один симпатичный – бывший семинарист, а теперь бродяга со стажем. Тревису под девяносто, но выглядит он молодо – лет на двадцать пять. Другой – редкий урод по имени Цап, свирепый повелитель древних царств и гурман человеческой плоти. Он нежно-зеленого цвета, но видит его не всякий – лишь те, кем он закусывает.
Курортный городок расстелен перед демоном, точно шведский стол в четырехзвездочном отеле. Но за мирными американскими фасадами прячется магия похлеще заклинаний царя Соломона. Городские пьяницы, разгильдяи, незадачливые любовники, виртуальные трансвеститы, неоязычники, буддист-виноторговец, ресторатор, помешанный на готике, и барменша из нержавеющей стали... Даже самому кровожадному демону нелегко устоять против такой гвардии.
Бешеная фантазия Кристофера Мура выплескивается со страниц с пугающей силой, его кошмары цветными брызгами летят во все стороны, но... все будет хорошо.
Рецензия: Иногда у меня возникает чувство, что в мирах, описываемых фантастами, жить могут исключительно безумцы. Обычный человек попросту не в силах существовать в реальности, которая бы не покоилась на трех слонах - на незыблемых законах природы, социума, физики. Обычный человек постарался бы не замечать, что тот или иной слон вдруг отправился погулять и привычная действительность обратилась в дрожащее желе. Обычный человек постарался бы игнорировать сигналы, напоминающие ему, что жизнь, собственно, продолжается по прихоти непознаваемых сил, которым человек – любой – неважен и неинтересен. А если таких сигналов становится слишком много... Что ж! Всегда остается возможность надеть шоры на глаза и превратиться в сумасшедшего, который подчиняется законам собственной усеченной логики.
Говорят, что большинство физиков склонны к деформациям психики. Потому что время от времени наблюдают за «прогулками слонов» и обнаруживают, что материальный мир далеко не так устойчив, как того требует стабильное мироощущение.
Кристофер Мур создал Хвойную Бухту – городок, в котором даже самый рядовой обыватель наделен прекрасной способностью впадать в безумие, как в море, убедившись, что знакомая действительность в очередной раз лопнула, словно мыльный пузырь. И из нее в тишайшую Хвойную Бухту явилось такое-е-е...
Например, девяностолетний юноша Трэвис, кочующий по просторам страны с демоном по имени Цап. Очень вредным и очень голодным демоном. Не ново? А это как посмотреть.
В мирах, к которым читатели фэнтези давно привыкли (и даже наскучили ими, честно говоря), демон исполняет рядовую социальную роль. Сдержать его ничуть не труднее – и не легче – чем, скажем, зарвавшегося чиновника. Или студента, расстреливающего нелюбимых преподавателей и сокурсников в университетских аудиториях. Демон-чиновник, демон-террорист – не более чем рутина. Чуть больше жертв. Чуть больше крови. Он если и вызывает интерес, то краткий и бурный, точно скандал в интернете. Но не бередит умы. Не заставляет пересмотреть список дел на завтра. Не расшатывает основы основ. Не заставляет вглядываться в реальность с опаской: что еще ты прячешь от меня, привычная моя, непоколебимая?
Но если вы живете не там, где остроухие, рогатые, хвостатые, копытные дети магических рас давным-давно вписаны в социальные рамки и распределены по сословиям, а в идиллически-заштатном городишке, где годовой цикл состоит из смены туристического сезона зимней спячкой и наоборот... У вас свои способы ориентации в окружающем мире. Зачастую довольно абсурдные.
Много лет назад лавочники Хвойной Бухты приняли вызов – придумать самый безвкусный сувенир, который будет невозможно продать. Владелец магазина всякой всячины Август Рассол на заседании Торговой палаты предложил местным коммерсантам, не поступаясь своими высокими принципами, закатывать в стеклянные банки коровий навоз, клеить на них красивые этикетки «Хвойная Бухта – ворота в Биг-Сур» и продавать как подлинные экскременты морских млекопитающих. Как часто случается в денежных вопросах, вся ирония Рассола потерялась, предложение приняли, разработали бизнес-план, и если бы не критическая нехватка добровольцев, согласных непосредственно расфасовывать продукт, все полки вдоль Кипарисовой улицы были бы заставлены пронумерованными коллекционными партиями банок с «Настоящими китовыми какашками».
Обитатели Хвойной Бухты доили туристов с неторопливой, методичной отрешенностью, требовавшей скорее терпения, нежели энергичности.
Так они и живут среди скромных забот, скромных магазинов сувениров, скромных надежд и мечтаний – потомки отважных китобоев, несимпатичных Гринпису, ироничные и вроде бы недалекие. Но однажды в городе терпеливого доения туристов, где, казалось бы, ничто не предвещало...
Около полуночи – в ту самую ночь, когда пропал Сквозняк, – в Хвойной Бухте разом вдруг залаяли все собаки. Следующую четверть часа по всему городку летали башмаки, раздавались угрозы и проклятья, снова и снова звонили шерифу. Весь городок бил жен и заряжал пистолеты, а тридцать две кошечки миссис Фельдстин одновременно срыгнули комками шерсти на пол веранды. Взлетало кровяное давление, откупоривались пузырьки с аспирином. Майло Тобин, зловещий застройщик Хвойной Бухты, выглянул в окно и увидел юную соседку Розу Круз – та в чем мама родила гонялась по всему двору за своими шпицами-двойняшками. Потрясение оказалось слишком велико для сердца заядлого курильщика: Майло Тобин хлопнулся об пол и издох, точно рыба, выброшенная на берег.
...начинает трескаться реальность. К такому оказываются не готовы даже самые отчаянные мистики Хвойной Бухты – клуб респектабельных местных ведьм, всерьез озабоченных обретением в себе Великой Богини.
– Э-э, м-м, да, я – дух Земли. Это я. Цап, дух Земли.
– Но я думала, что ритуал не действует.
– Ритуал?
– Мы пытались вызвать тебя на прошлой неделе, но мне показалось, что он не подействовал, потому что я не очертила круг власти девственным клинком, обагренным кровью.
– А что ты взяла вместо него?
– Пилочку для ногтей.
Повисла пауза. Неужели она оскорбила духа Земли? Первое свидетельство того, что ее волшебство – действительно волшебство, и надо же так опростоволоситься, использовав второсортный материал для ритуала.
– Прости меня, – забормотала Рэчел, – но сейчас очень непросто найти девственный клинок, обагренный кровью.
– Все в порядке.
– Если бы я знала, я бы...
– Да нет, в самом деле все нормально.
– Ты оскорблен, Великий Дух?
– Я собираюсь оделить величайшей властью на свете женщину, которая рисует в грязи круги пилочкой для ногтей. Прямо не знаю. Дай подумать секундочку.
Столкновение демона с целым городом тихих, сосредоточенных безумцев – это вам не приевшаяся борьба добра и зла с надоевшим использованием мелких подстав и могучих артефактов. Это истинный эпик баттл между монстром с изнанки реальности и исконно человеческим упорством. И неизвестно, которая из сторон монстрюознее.
Трудно не спойлерить, пересказывая детективную историю противостояния населения Хвойной Бухты демону по имени Цап. Но я не хочу портить вам удовольствие. Детектив надо читать с начала до конца, не заглядывая в финал, несмотря на жгучее желание узнать, кто виноват, кто проиграет, кто победит и поженятся ли влюбленные.
А еще эту книгу стоит прочесть с начала до конца, чтобы перезнакомиться с лучшими людьми Хвойной Бухты.
Кристофер Мур – великий мастер портрета. У него не бывает безликих персонажей. У него не бывает проходных сцен. У него не бывает диалогов ни о чем. Хвойная Бухта – это живая история.
Сказать, что Эффром был неважным поваром, было бы легким преуменьшением – все равно что утверждать, будто геноцид – не очень эффективная стратегия связей с общественностью. Он раз и навсегда решил, что замороженные стейки – вполне сносная еда, не хуже любой другой, и больше не бросал вызов своим кулинарным способностям. Эффром скрупулезно изучал инструкции на вакуумной упаковке, потом пускался в несложные математические подсчеты, чтобы ускорить процесс: двадцать минут при 375 градусах равняются одиннадцати минутам при 575 градусах. Результаты применения формулы напоминали брикеты древесного угля с замороженной сердцевиной, но поскольку Эффром торопился лечь спать, то он утопил брикеты в кетчупе и проглотил их. Не ведал он только одного: это призраки стейков навещали его в ночи, приняв образы черных цеппелинов. Никогда еще ему не было так страшно – даже на передовой, когда над головой свистели пули, а ветерок приносил горчичный газ. И страшнее всего была тень, безмолвно скользившая над холмами.
Недавно на МОСКе вовсю обсуждалось, позволителен ли в литературных произведениях слэнг и... мат? Так вот, я утверждаю: есть авторы, которым позволительно все. Потому что их стиль – выше хороших манер. Всякое слово у них имеет смысл и вес. И стоит на своем месте. За что огромное спасибо и автору, и переводчику. Весомая, осмысленная речь людей и нелюдей расцвечена всеми красками языка – и что за дело им, что некоторые из этих красок вгоняют в краску отдельных читателей?
– Я что тебе – презренный раб? Вьючное животное? Неужели я, Джан Ген Джан, Царь Джиннов, должен подносить тяжести невежественному смертному, желающему покорить адского демона какими-то хлопушками?
– О Повелитель, – раздраженно ответил Рассол. – Принеси мне, пожалуйста, эти чертовы пакеты, чтобы я успел все закончить до рассвета.
– Это бесполезно.
– Я не собираюсь его взрывать. Я просто хочу узнать, где он. Если, конечно, ты не соблаговолишь воспользоваться своей великой силой и удержать его от бесчинств самостоятельно, о Царь Джиннов.
– Ты же знаешь, что не соблаговолю.
– Тащи пакеты!
– Ты – глупый, низкий и подлый человечишко, Август Рассол. Да я в мандавошках гаремных шлюх видел больше разума и сообразительности.
Главная особенность Мура в том, что он не просто видит – он любит своих персонажей. И потому Хвойная Бухта, такая неприметная, такая унылая, у нас на глазах расцветает райским садом любви.
Меня всегда удивляло, что во многих романах нежные чувства друг к другу дозволено питать лишь главным героям. И, может быть, паре характерных персонажей, чьи уморительные ссоры несколько оживляют романтическую возвышенность центральной любовной линии. В книгах Кристофера Мура любовь не делится на центральную и второстепенную. Здесь любят без оглядки на место в сюжете, на вероятность хеппи-энда, на необходимость «оживляжа» - на все эти картонные стены, нелепые и зыбкие в настоящем, не картонном мире.
Первые минуты утренней зари застали их голышом на кухонном полу – после того, как Трэвис отыграл разбушевавшегося Годзиллу над ничего не подозревающим Токио. Они сгорбились над тостером, со столовыми ножами в руках – на лезвиях желтели пластинки сливочного масла. Так стоят палачи, ожидая сигнала обрушить топоры на головы жертв. Они умяли булку хлеба, полфунта масла, кварту соевого мороженого, коробку сливочного печенья, пакет несоленых кукурузных чипсов и экологически чистый арбуз – розовый сок ручьями стекал по их подбородкам, а они хохотали как ненормальные.
Насытившиеся, довольные и липкие, они вернулись в постель и уснули, уютно сплетясь конечностями.
Наверное, общей у них была не любовь – скорее, острое желание сбежать от реальности и забыть обо всем на свете. Но они обрели это общее.
Пересказывать книги Мура сложно. Хотя бы потому, что они мешают анализировать текст, уносят за собой, вспыхивают цитатами, будто фейерверком. Сопротивляться их влиянию – все равно, что сопротивляться Гольфстриму.
Итог: Прочтите. Просто возьмите эту книгу хоть на Флибусте и прочтите. И вам гарантирована такая полная, такая яркая, такая смачная картина жизни, которую редко встретишь в современном фэнтези.
ИсточникИсточник: inesacipa.livejournal.com/212075.html